(no subject)

Были с мамой на концерте в филармонии. К нам прибилась шестилетняя мамина ученица, чьи родители вышли покурить, хотя перед двумя часами фортепианной музыки не накуришься.
Мама отлучилась в дамскую комнату, а я осталась наедине с девочкой Полей. Поля повертелась перед зеркалом (глаза смеются, косички сияют золотом, пушистые наушники). Я угостила ее шоколадными конфетами, она показала мне зубы: "Как у вампира!"
- Ты не знаешь, кто выступает? - спросила я, мастер светских бесед с детьми.
Поля торжественно расправила плечи и гаркнула:
- Я!
Наконец к нам присоединилась мама, и Поля предложила ей одну из шоколадных конфет.
- Спасибо, солнышко, не хочу, - сказала мама, - давай лучше я тебе тоже дам конфет. Любишь мармеладки? Держи.
- Меняемся? - спросила деловитая Поля.

* * *

Кстати о музыке! Недавно на остановке выступал дуэт: аккордеон и маленькая ударная установка. Оба музыканта черноглазые, зоркие, с седыми усами. Пока я ждала автобус, они задористо отыграли марсельезу и рио-риту.
- Класс! - сказала девушка поблизости.
Бритоголовый парень приобнял ее за талию и сказал:
- Ну, так... Я могу лучше.

* * *

На дне рождения бабули ее зять, дядя Саша, рассказал великолепную историю. В детстве он был хорошим учеником, только химия не давалась. Сначала он еще кое-как списывал на контрольных. А на следующий год кабинет химии в их школе внезапно обогатился лабораторным оборудованием. Теперь вместо теоретических заданий были практические, где уже не получалось хитрить. Для дяди Саши и многих его одноклассников уроки химии превратились в кошмар.
Потом дядя Саша окончил школу, военное училище, женился. Вопреки опасениям, теща оказалась не змеей, а хорошей вменяемой женщиной. Годы спустя среди старых бумаг и фотоальбомов дяде Саше попался журнал со статьей про учительницу химии, по инициативе которой во многих школах города Харькова были оборудованы специальные кабинеты химии. Стоит ли говорить, что в учительнице, испортившей его школьные годы, изумленный дядя Саша узнал свою тещу.

* * *

На том же дне рождения бабушкин друг, дядя Игорь, рассказал еще одну историю, извинившись за избитое начало.
Однажды он вернулся из командировки раньше срока. Его кошка чумазой расцветки почему-то не радовалась, а сидела с настороженным видом.
Дядя Игорь прошелся по квартире и не обнаружил ничего преступного. Проверил шкафы, полки, кухню. Заглянул под диван.
Из-под дивана на него неприязненно смотрел десяток разнокалиберных котов. Оказалось, дядя Игорь перед отъездом забыл закрыть форточку. Квартира, находящаяся на первом этаже, превратилась в притон.
Призыв "вон!" не подействовал, и дядя Игорь взялся за швабру. Диван взорвался котами. Некоторое время они были всюду - под ногами, на настенном ковре, шторах и карнизе, - пока по одному не выскользнули на улицу.
Дядя Игорь говорит, что на лице кошки читался упрек: ну чего ты, нормально же сидели.

Однажды сестра Женя позвонила Максу и спросила, какие у нас новости.
- Котики вот Тане ноут сломали, - ответил он.
(Это было после того, как кто-то из котов опрокинул ноут со стола.)
- Ногу сломали? - ужаснулась Женя.
После истории дяди Игоря ее предположение вовсе не кажется таким уж фантастическим.

* * *

Завтра рано начинаются уроки, и уже так необходимо поскорее лечь спать, что я не могу сдвинуться с места.

Как-то Ира сказала:
- Я так хотела спать, что не могла уснуть.
Кажется, наконец-то ее поняла.

Еще она однажды сказала:
- Я проснулась, вижу: на часах 5-30 утра. И меня как переклинило! Это же ты уже пришла, наверное, стоишь под дверью, а я все проспала!
- У нас же урок начинается в 11.
- А я спросонок прибавила к 5-30 еще 5-30.
Восхитительно, каким глумливым порой бывает мозг.

(Ира и Игорь, я скучаю!)

(no subject)

Глубочайшее взаимопонимание с мамой: смотрим фильм, в главной роли Пирс Броснан. Мама спрашивает:
- А где мы его видели недавно?
- Да в этом фильме, где еще эта играет...
- И что?
- Ну, она там с ним...
- А, ну да, вспомнила.

* * *

- Забила на все и прогуляла сегодня работу, - озорно говорит мама.
- Класс! Что делала?
- Да хоть поработала нормально.
Вершина разгильдяйства.

* * *

Пожилая соседка никак не запомнит, что маминого песика зовут Портос. Спрашивает, интимно двигая бровями:
- Как там Карапетян?

* * *

Ученица предупреждает, что не сможет в следующий раз позаниматься: отмечает день рождения.
- Кааак? - говорю я. - Вы чтооо же, не хотите начать свой день рождения с английского рано утром?
На моей табличке слово "сарказм" написано слишком мелким почерком. Ученица смущается:
- Ой, ну вы извините, столько дел... Ой, слушайте, а может, и смогу!

* * *

Макс созерцает шеренгу моей обуви. Говнодавы серые, говнодавы с белыми шнурками, говнодавы на тракторной подошве, говнодавы зимние. Макса печалит, что мои кроссовки мешают открыть входную дверь.
- Ты что, все это носишь?
- Я же девочка, йопта!

Моя нежность, женственность моя зашкаливает! В гостях у мамы обильно намазала руки кремом. Крем был непривычно сухим. В голове всплыли слова "дорогая уходовая косметика", и я почтительно рассмотрела тюбик. Это оказался монтажный клей "Момент". Правильно: склеить намертво неуклюжие клешни! (А потом и ласты.)

* * *

Немолодой таксист включил радио. Играла песня "Донт ворри, би хэппи". Таксист сказал "Угу, блять!" и побрел искать другую радиостанцию. Минуту спустя в автомобиль ворвался Григорий Лепс (запущен дом, в пыли мозги. я, как лимон на рыбу, выжат. я пью водяру от тоски, и наяву чертей я вижу). "О!" - сказал таксист, и мы поехали дальше мимо ветхих домов и прошлогодней рябины под хрипы и плач.

* * *

Недавно опечаталась: "исоплин духа". Считаю, это лучшее описание меня.
лестница, собака

(no subject)

В детстве мне попалось стихотворение, из которого помню только, что невозможно заснуть в ночь, когда тебе исполняется тридцать. Оледенела тогда от страха, представив этот рубеж.
Конечно, вскоре я перестала бояться. Любой возраст прекрасен уже тем, что ты до него дожил. Укладываясь вчера спать, вспомнила стихотворение и высокомерно решила, что поэт был слишком чувствительным или праздным. Я же коснулась щекой подушки и увидела автобус, на радость Фрейду превратившийся в долгую таксу.
Тут у меня внезапно заложило нос. Пришлось встать и обнаружить, что в тридцатилетие я вошла с опустевшим флаконом капель для носа.
Потом наши коты затеяли драку. Котик Шнапс озорно пропрыгал по мне, как самый толстый в мире Капитошка.
Коты улеглись, зато под окном вскипели какие-то люди. Ссора была неразборчивой, лишь однажды женщина отчетливо произнесла: "Ты что, пингвинов не видел?" Ничо так предъява в три часа ночи.
И я поняла, что поэт, сука, оказался прав.

А вообще это были отличные тридцать лет. Даже не верится, как много у меня драгоценных друзей в виде людей, зверей, книг, песен и городов. А также природных явлений. И я счастлива и благодарна, что мы остаемся вместе, пусть так будет и дальше.

(А еще в первые же часы моего тридцатилетия в ванной отвалилось зеркало. Я решила, что из милосердия.)
лестница, собака

и уроки

Семнадцатилетняя Дашенька вздыхает: в нее влюблен одногруппник, симпатичный, умный, веселый. Такой хороший - а ей почему-то не нравится.
- Ну и не заставляй себя, - говорят ее мама и тетя. - Значит, не судьба.
Когда она заболела, этот одногруппник сделал ей сюприз. Принес кустик клубники в горшке - среди зимы. Даша демонстрирует подарок: среди гофрированных листьев алеют две ягоды.
Парень знал лишь, в каком подъезде она живет. Квартиру искал самостоятельно.
- Еще и упорный! - горюет Даша. - И романтик! Ну почему, почему он мне не нравится?
- Сердцу не прикажешь, - говорят мама и тетя. - Не расстраивайся.
- Этот кустик клубники, кстати, вырастила его семья. У них целая плантация клубники или вроде того... Кажется, двадцать соток.
- Двадцать соток клубники? - говорят мама и тетя. - Дашенька, подумай все-таки. Может, зря ты так?

* * *

- Какая красивая елка! - говорю ученице. На дворе 13 января.
- Да, великолепная! Вот, смотри, какие пушистые ветки! Завтра ее разберем.
- Жаль, - говорю, - еще такая зеленая.
- Есть время праздновать - и время готовиться к весне, - философски замечает ученица. - Все уместно в свою пору, и когда эта пора уходит, нужно избавиться от лишнего и двигаться дальше. Кстати, вчера я рассталась с мужчиной.

* * *

- Plans for the weekend? Ну-у, there is a banya on my dacha...

* * *

Ученик А. про пятилетнего сына:
- К ним в детский сад по какому-то делу явился милиционер. Воспитательница попросила: "Вы пригрозите вон тому мальчику." Он зашел, говорит: "Я из милиции. Это ты тут баловался?" Матвей отвечает: "Да, я. Я и дома балуюсь. А что тут такого?" Милиционер подумал и говорит: "Ладно, тогда я пошел".

* * *

В. опоздал на утренний урок по скайпу. Лицо мятое, на голове вертеп.
- Что, - говорю ласково, - проспали?
- Не-ет, разве можно? Я был на встрече, потом застрял в пробке, потом... Короче, проспал.

* * *

Ученица А. собиралась с подругой на семинар, где обещали научить искусству быть счастливым.
- Как семинар? - интересуюсь на следующем уроке.
- Мы не пошли. Подруга сказала: "Ну, придем мы туда, а там сидят двадцать таких же лузеров. Что нам там делать?"
- А что вы вообще знали про этот семинар?
- Я только читала краткое описание и видела фотку психолога, которая его проводит. Она пишет, что учит визуализировать, а потом материализовать свою мечту. И знаете что, Таня? Она блондинка с воооооот такими сиськами!

* * *

С треском отрываюсь от кровати.
- Ты куда? - говорит из-под одеяла Макс.
- Встаю и веду уроки.
- А я тогда встаю и пишу программы, - очень серьезным голосом отвечает он.

* * *

Я перестала бояться первых уроков с новыми людьми. Вероятно, немаловажную роль сыграло то, что теперь их можно проводить в пижаме и с котом на коленях.
лестница, собака

(no subject)

К. и Икус пришли к нам праздновать день рождения К. Рубанули торта и конфет, после полуночи созрели на плов. За ужином среди прочего обсуждали фильмы, сошлись на том, что экранизации "Гарри Поттера" - редкая скукотища.
После ужина размякли, отяжелели. Разговор начал ускользать в черные дыры зевков.
- Мне кажется, в плов была мелко нарезана кинопленка с фильмом "Гарри Поттер", - объяснил Икус.

Внезапно идя спать посреди праздника, именинница завещала:
- Если поймете, что никак не можете без меня обойтись, не стесняйтесь - обходитесь!

* * *

Из рекламной листовки узнала о существовании двух профессий: разнощик и раздачик.
Вечно меня смешат идиотские вещи.
Например, визитка предпринимателя, в которой подряд указаны следующие виды деятельности:
*Финансы *Здоровье *Орехи *Know-How

Или когда ученица во время урока обращается к няне своих детей:
- Юля, включите Сереже Машу!
(Не ставлю кавычки, чтобы не убить очарование.)

Или страница с фотографиями выдр-симпатяг, которую незамутненный автор озаглавил так:
Морские выдрочки.

* * *

Вдогонку к "не быкуй, Каролина" недавно услышала, как элегантная блондинка крикнула девочке:
- Доминика, ну шо ты гоцаешь!

* * *

Вспоминали одного книжного персонажа. Я сказала: сколько лет прошло, а до сих пор помню ее описание: "худое, нервное лицо".
- Худое лицо лучше доброго ебала, - заметил Кижаев.

* * *

Мамин пес Портос любит женщин, особенно нарядно одетых. Увидев такую, останавливается и провожает взглядом, полным молчаливого одобрения. Или пытается увязаться, будто отставной ловелас.

Выгуливала Портоса в очень ветреный день. На узкой дорожке с нами поравнялась пожилая женщина, захваченная пакетами. Со стороны было непонятно, кто кого тащит. Вдруг она резко остановилась и начала снимать с себя эти пакеты. Застыл и песик.
- Ну, чо стал? - проворчала я из глубин капюшона.
Женщина подняла голову и сказала смущенным голосом:
- Извините, но они рассыпаются. Надо же как-то их собрать!

Я смеялась над тем, как людям свойственно принимать любую чушь на свой счет. А ведь и сама поддалась той же слабости, когда Вита по какому-то поводу процитировала высказывание своего дедушки:
Хитра муха
Бздить та нюха.

В части "та нюха" я не расслышала пробел и исполнилась негодования к дурацким рифмам дедушки.

* * *

В самом конце маршрутки было единственное пустое сиденье. Один за другим туда пропихивались пассажиры, но так и не садились. Их глазам открывалось чудо маскировки. На черном сиденье сидел негр в черной шапке. И спал. До конечной, сам того не зная, он успел потроллить с десяток пассажиров.

В той же маршрутке освободилось место, над которым нависали девушка и дама с решеткой-гриль.
- Садитесь, - сказала девушка.
- Ой, что вы, - зачастила дама, - мне так неудобно, я не могу, вы же первая зашли, вы и садитесь, пожалуйста, поймите, мне неудобно...
После долгого ласкового спора место все-таки заняла девушка. А дама, которая так не хотела причинять неудобств, случайно порвала ей колготки решеткой-гриль.

* * *

У нас много снега, фонари обросли сосульками и похожи на моржей, а мы обросли соплями и похожи на мешки с говном. Макс спит, обнимая лечебного Буренчика, а я выдула цистерну чая и дошла до стадии насморка, на которой теряются вкусовые ощущения. Хорошо, что это случилось сегодня, а не тридцать первого. Оливье, нас ничто не разлучит!
лестница, собака

(no subject)

В дверях супермаркета застрял молодой человек. Румяный, рыжий, рубашка в рыхлых складках. Читает вслух с телефона:
- Вас ждет встреча с ближайшими друзьями!
Толкает локтем девочку, такую же румяную и рыжую:
- Встреча с ближайшими друзьями!
- Глистогонное принял? - мрачно говорит она.

* * *

В разговоре с Максом сказала:
- ... вспоминается "Замок" Кафки...
- Запах хавки? - переспросил Макс.
Теперь только так и буду называть.

* * *

- Настя - зеленая дура! - верещат из какого-то угла двора. - Дууура!
Девочка в зеленом пончо равнодушно советует:
- Микрофончик приглуши, а то обосрешься!
Люблю людей со встроенным суфлером.

* * *

Кижаев советует сериалы:
- И тот, и другой забавные. Но один - про задротов, а другой - про алкаша и бабника. Так что, Вован, тебе рекомендую оба.
"Как говорить друзьям правду и оставаться милым парнем".

* * *

Вита гладит своего кота-сфинкса. С гордостью рассказывает:
- Я недавно нашла на нем блоху. Она спадала!

* * *

В беседе с Витой, поедая на ночь сыр, дыню и пиво, вывели термин "салосовершенствование".

* * *

Видела в трамвае элегантную пожилую кондукторшу, которая отдыхала от обилечивания за чтением книги "Введение в психоанализ".
Вообще в этом вагоне было много красивых пожилых женщин. Ясноглазых, с густыми волосами, прямыми спинами. На пятой или шестой красавице я заподозрила, что в моем утреннем печенье было что-то не так с начинкой. Или наоборот - все так.
(А вдруг это был вагон отставных балерин?)

* * *

Сестра Женя повесила над своим рабочим столом политическую карту мира.
- Она меня вдохновляет. Когда работать лень, я на нее смотрю и говорю себе: "Работай, мудила. Может, потом хоть попутешествуешь."

* * *

Когда Макса спрашивают, как жизнь, он отвечает кратко и по существу:
- Теплится.

* * *

- Лаос? Каир? - говорит ученица. - Не знаю этих городов. Ну, я никогда не была сильна в геометрии... Черт, географии. Вот видите!

* * *

Ученик из России задал вопрос про условные предложения, я объяснила и сказала:
- Давайте переведем пару фраз. Итак: "если встретишь медведя, не беги от него".
Макс, сидящий за соседним столом, тут же написал мне в скайп:
- Английский, адаптированный для русских? А матрешки будут?
(Мы с учеником просто изучаем зверушек, я и решила заодно по ним пройтись.)

* * *

31 октября видела толпу мертвецов, скелетов и ведьм. Нечисть дисциплинированно топталась на пешеходном переходе, ожидая зеленый свет.

* * *

Две пенсионерки под окнами:
- Мой врач - он от бога, конечно! У него все средства природные, не то, чем в больницах пичкают, антибиотики эти все...
- А мой антибиотики прописывает - так я зато за три дня на ноги становлюсь.
- (с жаром) Так и мой прописывает! И мой - их же и прописывает!

* * *

Пару дней назад шла по Калиновскому рынку и поняла, что для меня это место судьбоносное.

Во-первых, лет пять назад я выпила там почти литр холодного лимонада и вскоре лихорадочно искала туалет. Метнулась в мамину музыкальную школу, что находится напротив рынка.
Зашла в холодный коридор, где пахло старым деревом и побелкой. Из одного кабинета доносилась упругая тревожная музыка. Играло две гитары сразу. И во мне что-то заныло (что-то, помимо мочевого пузыря), когда я вспомнила это чувство: ты, хромоногий, бредешь над пропастью, и с одной стороны тебя поддерживают пять линий нотного стана, а с другой - шесть линий струн.
Вскоре я возобновила уроки гитары, и это был чудесный год: музыка обволакивала события и повороты, как ложится теплая шаль в коробку, полную угловатых твердых предметов.

А однажды ждала кого-то возле этого рынка, и ко мне подошел мужчина с вопросом:
- Я никогда не учил английский. Только немецкий в школе. С чего посоветуете начать?
Почему-то я совсем не удивилась, а бойко и легко ответила. И лишь когда он ушел, опомнилась: чо? чего он вообще ко мне обратился с этим вопросом?
Надо сказать, это был затяжной период, когда я занималась чем угодно, кроме преподавания. По мере того, как я говорила с мужчиной, во мне разрасталась ностальгия по урокам. И я подумала, что надо наконец-то делать то, что у тебя получается бойко и легко.
А мужчина выбрал меня далеко не случайно. Оказалось, я с праздничным таблом торчала у плаката "Английский для всех".

Но самый смешной случай произошел несколько лет назад, когда я весила за 80 кг. И эту тяжесть, как можно понять, составляли не золотое усердие или стальная сила воли.
Я тогда уже пару дней искала джинсы подходящего размера. Не то чтобы мне нужны были парашюты. Но попадались или тесные, или штаны, в которые со мной мог бы влезть еще и сенбернар.
Проходя через рынок, я заметила надпись "ЛЮБЫХ РАЗМЕРОВ", подумала: это судьба! - и вдохновенно ломанулась к ней. От счастья не разглядела вывеску и вперлась в киоск, где любых размеров выдавали кредиты. И тогда я, хоть и ржала до мокрых щек, осознала, до чего же безнадежна.
Сейчас я тоже тот еще крепыш, но при ходьбе подбородок не путается в ногах. И ношу джинсы, а не кредиты.

Зачаровывает, из каких мелочей ткутся жизненные перемены. Нечто прекрасное может вырасти из литра лимонада, пива и вяленой рыбы, неправильно расслышанной фразы или забытого дома шарфа.

* * *

Пару дней назад вдруг потеряла все силы - несмотря на яркий и ясный день. Еле доползла до остановки, села у нагретого окна. Улицы застыли в оранжевом желе. А я листала одну за другой песни в плейлисте, и ни одна не была мила, ни одна не могла наполнить золотое вневременье.
Потом, конечно, поняла: не могу найти подходящую песню, потому что на самом деле хочу лишь киевский торт и спать. Так и продолжаю хотеть.
Воцаряются серость и хлад, но сквозь все это мне уютно погружаться в зиму: будто приехала только что на каникулы к бабуле. Восторг перед любым будущим просто потому, что оно будет.
(Надеюсь, потом не ужаснусь своим словам.)
лестница, собака

(no subject)

У мамы завелся песик Портос, рыжелапый и веселый. Я уже и забыла, какое удовольствие - гулять с собакой (пару раз в неделю и не зимой). Мне нравится едва поспевать за ним, оранжевым от позднего солнца. Идти мимо школы, зная, что завтра туда и самой не переться, и детей не отводить. Нравится, что песик с равным энтузиазмом мчит на прогулку и домой. Как он принюхивается к ветру, рассматривает цветы и ветки, восхищенно бьет лапой по луже. Словом, на прогулке мы ведем себя одинаково, только я говно с газона не порываюсь есть.
А недавно на этом газоне отдыхал краснощекий мужчина, который окликнул меня:
- Согласитесь, девушка, хорошо вот так лежать в траве!
Я согласилась.
- Но еще лучше, - продолжал он, - когда рядом лежит теплая женщина.
И похлопал по травяному ложу, как обычно подзывают котов.
Когда мы с песиком возвращались домой, над мужчиной уже склонилась тревожная дама: все в порядке? не вызвать ли скорую?
- У меня что-то лоб горячий, - жаловался горизонтальный ловелас. - Может, потрогаете?
Кому ни рассказываю, все говорят: может, не только лоб горячий? Может, еще что потрогать?
Ну да, если в слове "лоб" сделать три ошибки...

* * *

Переписывалась с ученицей в скайпе. Подошла мама и стала умиляться ее фотографии:
- Ой, хоро-ошенькая! Славненькая! Молодец!
Девочка красивая, спору нет, и все же я удивилась такому эмоциональному отклику. Оказалось, мама думала, что созерцает мою фотографию. Хотела похвалить, что я наконец-то как следует уложила волосы.
А девочка эта, кстати, примечательна тем, что рассорилась навсегда с учительницей испанского после того, как на уроке они начали бурно спорить, кто в семьдесят каком-то году выиграл чемпионат мира по футболу. Одной страстной спорщице было пятнадцать, другой - за восемьдесят. О спорт, ты - мир.

* * *

Возле соседнего подъезда повесили ослепительный серебряный фонарь. В спальне теперь можно вообще не включать свет. А возвращаться домой по темноте стало еще желаннее. Для мгновенного всеобъемлющего счастья мне только и нужно, что фонарь и зеленая листва кругом.
Глядя на липу у окна в непривычном освещении, я вспоминаю, как однажды ночевала в гостях у смешной пары художников. Мы засиделись допоздна, ведя довольно абсурдную беседу. Хозяева больше пятнадцати лет не появлялись на левом берегу, где я как раз жила, и теперь наивно расспрашивали, не опасно ли там вечерами, красиво ли, можно ли купить канцтовары...
Спать уложили в готичный угол их мастерской: черный диван, над ним рисунок, где глумливый скелет пляшет с погребальной урной. В углу жуткий висельник. (При ближайшем рассмотрении оказалось - халат с медведями.) И всюду разнокалиберные светильники, часть из которых горела.
Осмотревшись, я плавно направилась к дивану, распуская на ходу волосы. Вдруг за окном на ярко освещенных кустах выросла гигантская черная ебанина и зловеще всколыхнулась. Я кратко заорала и прыгнула. Ебанина дернулась. Я опять заорала.
Когда мы с приятелями отсмеялись над тем, какое впечатление произвела их сложная система освещения, я улеглась на черный диван под белым скелетом. Из-за стены донесся бас хозяина:
- Жизнь на левом берегу... Бедная девочка. Боится собственной тени...
После чего мы ржали еще с четверть часа по обе стороны стены.

* * *

Ночами стало холодать, и я укрываюсь тяжелым пледом расцветки, как шуба кота Буренчика. Когда под этот плед заявляется сам кот и горячо меня облегает, замираю от чувства, будто нахожусь в буренчик-шкатулке. Как ни крути, есть сущности и существа, которых я совсем не хочу отпускать в прошлое.
лестница, собака

(no subject)

Часто бывает интоксикация словами, но надо все же преодолевать, иначе прошлое уходит под лед.
Делала прорубь: читала бумажный дневник - чахлый блокнот, куда влезло три года. Мне казалось, что я все подробно описываю, а блокнот магически бесконечный. Однако секрет бесконечности прост: почти все записи выглядят примерно так: "Ездили в Днепродзержинск. Было солне"
Впрочем, даже кодов-огрызков хватает, чтобы прошлое опять расплелось на цветные нитки.

Скажем, как-то в ноябре было необычайно ветре, люди не шагали, а протискивались в невидимые двери. Чей-то капюшон чиркнул меня по лицу.
Я присела завязать шнурок у прилавка с видеодисками, и тут кто-то из прохожих сказал: "Пиздец".
- Пиздец, - отозвался другой.
- Ну все, пиздец, - сказал продавец дисков.
Даже тонкая дама в мрачной шляпе прошелестела:
- Пиздец...
Оглянувшись, я увидела уличного певца, застывшего над гитарой, которую порыв ветра с силой ударил оземь и расколол надвое.
Нетрудно догадаться, какое слово слетело с моих губ. Тут любой другой вариант был бы фальшью.

Или вот протяжный полдень, небо - стоячая вода, по безлюдной улице катится наша маршрутка. А в ней девочки лет двенадцати блестят заколками, майками, браслетиками. Одна выходит, другая напоследок целует ее в щеку.
Третья удивляется:
- Ты же ее терпеть не можешь, почему поцеловала?
И та лениво отвечает:
- Ну... А почему бы и нет.
И в этом столько простоты и мудрости - в самом деле, если подумать, почему бы и нет.

Ездили в Днепродзержинск. Было солнечно всю дорогу, но когда мы добрались до дома, где Макс и его сестра Оля провели часть детства, небо припало пылью.
Мы вошли в ныне пустующую квартиру с высоким потолком и громадным балконом. На этом балконе в холодный день (такие близкие тучи, такие тревожные деревья) мы вдруг нажарили шашлык. Оля попробовала кунжутную пасту, которую сделал Макс, и сказала:
- Очень интересно! И лимон придает такую неожиданную нотку...
- Фа! - дурниной завопила я.
- Соль! - в ту же секунду подпел Макс, схватив солонку.
Меня, тугодума, всегда изумляет скорость реакции, эта грациозность ума. Такая простая шутка, но до сих пор не доперла не забыла.

А как-то летом пришла в кондитерский отдел за пачкой чая.
- Давно вы к нам не заходили! - воскликнула продавщица. - Ой, как похудели!
И, повернувшись к полкам, пробормотала:
- Наверное, здесь есть какая-то связь.

Или вот на удивление подробная запись:
"Ходили с Максом в поликлинику, каждый по своим врачам. Светский раут! Мы же сто лет никуда вместе не выбирались. А тут еще снег сверкает в воздухе, небо такое яркое, ягоды на ветках.
Закончив с врачами, встретились с ним у кабинета, в котором ему должны были ставить капельницу. Сидели на скамейке, и он кормил меня гематогеном, купленным в аптеке. Наше первое свидание за все эти годы!"
(Мы сначала долго дружили, а потом, не приходя в сознание, стали жить вместе. Закоренелые романтики!)

* * *

Во мне впервые нет тоски по уходящему августу. Я ощутила очевидное: мы и лето соединены, будто колбы песочных часов. Сейчас в нас льются ровный горячий воздух, зеленоватое небо, мокрые листья смородины и солнце, прыгающее в реку. Когда-нибудь часы перевернутся - и лето засочится из нас капля за каплей, рассвет за рассветом. Это не мы теряем силы, это лето возвращается в свою колбу, из которой нам же и пить в следующем году. А пока что под кожей горит золото, под веками сокрыты долгие закаты. И ноги все в царапинах - телеграммы от водорослей, хвороста, сухих трав. (Если не наебнулся хоть раз в кусты, думается мне, лето выдалось пресным.)
лестница, собака

(no subject)

К. беспокоилась о моих почках, в которых я сентиментально храню камни. Пару недель спустя говорю ей:
- Сделала узи, все в порядке. Осталось немного, и то мелкие. Надо пить больше пива, чтобы выгнать. Вот и готов план на лето!
- Налито! - с энтузиазмом согласилась К.

Время идет, план по мере сил выполняю. Гвоздем летней программы стал новый котенок, жемчужно-полосатый и голубоглазый. Его крестный отец - Саша У., который отдал свою квартиру под карантинный изолятор, где мы десять дней лечили котенка, прежде чем пустить к Буренчику.
"Моя девочка, моя птичечка", - ворковала я и все десять дней пыталась нащупать правильное имя. Хотелось, чтобы в нем звенели ее серебряная шерсть, и бесстрашие, и твердость, и, конечно же, нелепость.
При повторном визите к ветеринару оказалось, что в этом имени должны звенеть еще и внушительные яйца. Ума не приложу, как мы не заметили их сразу.

Сегодня котик Шнапс получил свою первую прививку. Таксист, везущий нас в ветклинику, поделился:
- У меня тоже есть коты. Два! Знаете, главное - чтобы они ладили друг с другом.
- Да, - говорю, - у нас тоже два кота. А до этого семь лет жили три котика.
- Главное, кормите их из раздельных мисок, - продолжал водитель. - Из одной - ни в коем разе. Два кота - это вам не один.
- Да, - говорю, - у меня есть этот опыт. У нас же три кота было семь лет подряд.
- А еще территория у каждого должна быть своя. Не запирать в одной комнате. Это вам не один кот.
- Да, это понятно. Ну - три кота, семь лет...
- И разговаривайте с ними. С каждым! Вот прямо как с людьми. И воду не в одной миске держать, а в двух. И пусть игрушка у каждого своя будет.
- Да-да, я в курсе. Ну, вы помните - три кота...
- А бывает, одному что-то нельзя есть, а другому можно. Тогда следите, чтобы не подворовывал.
Так всю дорогу и нанизывал драгоценные советы. А у крыльца клиники подытожил:
- Ну вот. Основные моменты, кажется, рассказал. Будете знать теперь.

* * *

Сестра Катя в свой прошлый визит сказала:
- Я была одна дома. И вдруг кот в соседней комнате что-то сдвинул с таким странным звуком, будто мужик кашлянул. Я чуть не обделалась!
- Интересно, что он мог сдвинуть с таким звуком? - спросила мама.
- Мужика? - предположили мы.

Я не стала есть костлявые мандарины, а мама не возражала против косточек. Катя, помолчав, сказала:
- У меня тут был длинный ассоциативный ряд... В общем, я подумала, что мама, вероятно, сейчас ест любые мандарины, потому что в ее детстве их вообще не было. А детство мамы - это пятидесятые, а пятидесятые - это Сталин. И мне вспомнился рассказ про какую-то работницу из Казахстана, которая перевыполнила норму. За это ее пригласили в Кремль и наградили золотыми часами. И вот наступает вечер, она в своем гостиничном номере принимает ванну. Лежит вся в пене, смотрит на свои часы и думает: "От Сталина".
- И думает: отстали, на... - с восторгом уточнили мы.
- Какой ты толковый человек! - говорю. - Вспомнила целый рассказ, а я только успела подумать: "О, маму не раздражают косточки..."
- А я вообще ничего не успела подумать! - сказала мама. - Я косточки вынимала.
И весомо добавила:
- Кстати, мандарины в моем детстве были.

Поставили с мамой фильм "Девчата". На заглавной песне мама пыталась прибавить звук, но безуспешно. Оказалось, вместо пульта она использовала телефон.
- Что, - говорю, - решила девчатам позвонить, чтобы громче пели?

* * *

В гости пришла К., уютно устроилась с ноутом в кресле, лицом к окну.
- Сейчас я сниму белье, и тебе откроется прекрасный вид! - пообещала я.
Увидела ее лицо и поспешила уточнить:
- В смысле, с балкона сниму высохшее белье.

* * *

Макс спросил:
- А знаешь, как будет "баян" по-французски?
- Нет. И как же?
- Дежавю.

* * *

Сестра Женя услышала на улице разговор двух мальчиков лет десяти.
- Ты знаешь, что он нассал в учебник по математике? - сказал один.
- Если это так, то я его уважаю, - степенно ответил другой.
(Я бы ему еще с десяток учебников предложила.)

* * *

Ученик М. рассказал, что недавно у его друга гостил американец. М. обрадовался: носитель языка! Пришел к другу, весь вечер ждал, пока носитель вернется с лекции, которую читал в универе. В ожидании М. тренировал светские интонации в вопросе "So how do you like it here?" (Как тебе здесь нравится?)
Ближе к полуночи раздался звонок. Какие-то юноши внесли в кухню американца. Некоторое время тот покачивался на стуле, глядя в пол.
- So how do you like it here? - растерянно спросил М.
- Буэ, - вырвалось у американца.
"Так и не понял", - сказал М., - "было ли это ответом на мой вопрос или чистой случайностью". Не такая уж и чистая эта случайность, надо заметить.

Вот так блестяще и я однажды попрактиковалась в немецком. Пару лет назад Араик пригласил меня во Львов, где мы ночевали у его знакомого. Там же остановился немец Матиус. Поскольку разговор велся то на русском, то на английском, я весь вечер думала, что Матиус - поляк. А когда выяснилась истина, я отяжелела от вина и решила немецкий тренировать уже завтра.
Утром мы с Матиусом встретились в кухне. Зеленые, мятые, с желейными руками.
- Господи, я так плохо себя чувствую после вчерашнего, - сказал по-немецки Матиус.
- Ихь аух, - сказала я.
После чего мы молча выпили чаю и разошлись. Я - обратно на диван, Матиус - куда-то в солнечное холодное утро.

Тогда же обнаружилось, что имя Матиус звучит для непривычного уха как "мой отец". Сначала Ася, подруга Араика, сказала, что ее отец всем заварил чай, можете пить. Я зависла: откуда взялся ее папа, проживающий, вообще-то, в Петербурге. Ася веселилась над моей тугоухостью.
На следующий день хозяин дома, уходя на работу, сказал: "Придет Матиус, поделите с ним как-нибудь ключ". Пару часов спустя Ася спросила: "Что там Женя говорил? Мы должны разделить ключ с его отцом?"

* * *

Кстати о тугоухости. Ученица, нежная девочка, как-то рассказывала в скайпе, что на выходных ходила в музей оружия - здание в виде... Здесь она замялась и перешла на русский:
- Эээ... "член".
Я уже почти подсказала: penis, но в последний момент меня пронизала спасительная мысль: шлем! Она же сказала "шлем"!
Следующие две минуты я сидела с невозмутимым лицом, но внутри разрастался смех, как зудящее осиное гнездо. Наконец ученица пошутила, и я, пользуясь случаем, выпустила наружу взрыв ржача. Ученица была довольна тем, какое впечатление произвела ее невинная шутка.

Другая ученица по скайпу делилась впечатлениями от визита в обезьяний питомник. В этом рассказе было несколько новых для нее слов и фраз, перевод которых я писала ей в текстовом окне.
Под конец ее монолога в текстовом окне накопилось следующее:
обезьяний питомник
я не была впечатлена
вонючий

Исчерпывающее резюме.

* * *

Четыре утра, а я никак не улягусь. Насыпала котикам корма - каждому в свою миску, как завещал умудренный таксист. Люблю, когда они хором хрустят. А когда дремлют рядом и урчат на разных частотах, кажется, будто кто-то льет в меня теплое молоко. Ну, пойду готовить тару.
лестница, собака

(no subject)

Мне нравится, что многие собственные реакции нельзя предсказать. Странные чувства иной раз выползают, как пауки из-за отклеившихся обоев.

Например, однажды в маршрутке рядом дремал пьяный мальчик. Смуглый и румяный, на коленях два изможденных букета. Он поочередно ронял их, с кряхтением поднимал и отключался, пока под его ногами снова не шуршал целлофан.
В какой-то миг мальчик медленно и тяжело осмотрел меня - от лба до подбородка. Будто провел по лицу горячим влажным полотенцем.
- Да, пиздец, ферма далеко, - пожаловался он.
Я выразила сочувствие.
Он повторил эту фразу еще и еще, и примерно на пятый раз до меня дошло:
- До птицефермы далеко? - пытался выяснить он.
Получив ответ, мальчик немедленно заснул, даже всхрапнул. Развалился на сиденьях так, что мне почти не хватило места. Было бы разумно пересесть, но я осталась. Почему-то у меня возникло чувство, будто еду с бестолковым младшим братцем после его первой попойки. Я вышла на своей остановке, и на рукаве желтела пыльца.

А как-то был промозглый вечер, и от холода я ощущала себя погнутым турником. На углу дома скандалили две старые женщины, наскакивали друг на друга, трясли кулаками. Я даже подумала, не вмешаться ли в их конфликт, чтобы согреться. Но тут мимо проехало такси, почти чиркнув по спине одну из спорщиц. А другая оттянула ее на себя, быстро погладила по плечам и сказала ласковым голосом:
- Ох ты боже ж. Не испугалась, Федоровна?
После чего они продолжили кричать.
А мой взгляд упал на отмороженные манекены в белесых окнах магазина, и я вдруг прониклась к ним такой нежностью. Если бы кто-нибудь тогда растворил витринное стекло, я бы полезла обниматься с этими ребятами. И шарфики бы им поправила.

Еще я лежала в обнимку с умирающей кошкой. Странно, но сквозь всю боль это очень уютное чувство. Будто ты вот-вот доедешь до конечной в хорошо знакомом районе, где каждый шаг дальше известен, и метр за метром сворачивается лента, и разбросанные по полу фотографии сами укладываются в конверт, и конверт запечатывается, как запечатывается весь этот долгий день. Поначалу я думала, что столь противоречивое чувство связано с однозначностью исхода. И лишь потом поняла: просто коты - такие существа, которые, даже умирая, продолжают распространять уют.

Люди, звери видятся мне или смертными, или бессмертными, уже при жизни вечными и растворенными в окружающем мире. Большинство из тех, кого я люблю, безусловно бессмертны, а сама я - нет. И потому всю жизнь провожу в восторге от дара воспринимать и осознавать: смех, снег за шиворотом, заложенный нос, птичий гомон из ветвей, потери, тополиный пух, синяки, ледяное пиво, воду в кроссовках, головную боль, смородину, февраль, а еще этих нелепых пауков за обоями, куда же, в самом деле, без них.