лестница, собака

(no subject)

Люблю упрямцев. Именно они вертят земной шар (и не будем уточнять, на чём). Истории чужого упрямства я храню, как драгоценный концентрат, чтобы в нужный момент растворить в своем безволии. А недавно мой золотой запас пополнился.
Б., бывший ученик, отличался отложенным упрямством. Например, как-то сказал "she don't", я многозначительно кашлянула, он исправился. Но на следующем уроке сообщил, интимно двигая бровями:
- А гугл выдает миллионы результатов на she don't. Может, не такая это и ошибка?
Уже после того, как он закончил курс обучения, мы встретились выпить пива. Б. горячо говорил о ситуации в стране, усыпая речь фамилиями политиков. Я призналась, что не могу поддержать разговор, поскольку фамилии эти мне ни о чем не говорят. "Как можно не интересоваться своей страной?" - удивился Б. Я ответила, что можно интересоваться своей собакой, но не знать ее глистов по именам.
Вероятно, использовать глистов как символ всего преходящего было не самой удачной идеей, потому что Б. сказал: "Есть же и хорошие политики!" - и извергнул новую дозу фамилий.
Три года спустя он позвонил мне по одному вопросу. Среди прочего поделился: осенью гулял с собакой и обнаружил, скажем так, что ее говно обитаемо.
- Так вот, ее глистов зовут Аркадий Федорович и Зефир, - торжествовал Б.
(На вопрос, почему именно так, он не ответил. Полагаю, из чистого упрямства.)

* * *

Воскресное утро в Харькове. Дядя Саша, включив оглушительный телевизор, жарит блины. Телеведущие так и лезут из экрана на запах.
В кухню входит бабуля и ворчит, что опять он соблазняет семью вредной едой. Следом идет сестра Женя и возмущается:
- Папа, ну что ты все время включаешь телевизор? У тебя что, своих мыслей в голове нет?
- Нет, Женя, - бодро отвечает он, - своих нет. Только твои и бабушкины.

* * *

Восьмого марта мне пришлось везти Бурёнчика к ветеринару. Передо мной в очереди была молодая пара, которая принесла кота на кастрацию. (Есть разные способы отметить этот весенний праздник.)
Когда они ушли, женщина на ресепшене сказала:
- Вот так иногда назовут фамилию, а ты не понимаешь, пошутили они или серьезно говорят. Например, спросишь фамилию, а тебе говорят: "А нету!" А потом выясняется: юмор такой. Так и здесь.
- А что за фамилия? - спросила я.
- Капец! Да, вот и я тоже переспросила несколько раз, пока мужчина не показал мне документы. Действительно - Капец.
Самое прекрасное в этой истории то, что, когда я рассказала ее папе Макса, он уточнил:
- Как-как? Скопец?

* * *

В маршрутке услышала, как женщина позади говорит:
- Я там мегашарфелем пилила Ван Дамма.
Абсурднейшая фраза, но я (поражаясь собственной смекалке) мгновенно поняла, что речь идет о картонной фигуре актера, а мегашарфель - особый нож для резки по картону. В кинотеатре работает, догадалась я.
Не исключено, что она действительно работает в кинотеатре. Однако по следующей ее реплике стало понятно, что говорила она не по-русски.

* * *

Брызнула моющим на губку, и вдруг от нее оттолкнулся маленький, размером с вишню, мыльный пузырь. Юный и полный любопытства, он обследовал ванную и устремился наружу. Медленно проплыл вдоль коридора, пристально изучал дверь в кладовку, но та была закрыта. Тогда он рванул в кухню, где некоторое время кружил под потолком. Там он стал бледнеть, угасать, терять высоту (я успела поймать свое отражение). Вернулся в коридор, ненадолго застыл у двери в кладовку, но поспешил в ванную. Долетев, он устало приземлился и растаял.
Всего пять минут жизни, но сколько она успела вместить: познание мира, эмиграцию, болезнь, несбывшиеся надежды и, наконец, возвращение и смерть на родине.

* * *

Наша подруга Ёжикова завела себе ужика, о чем не получается сказать сразу, потому что с первой попытки новость неизменно звучит так: Ужикова завела себе ёжика.
лестница, собака

(no subject)

Первого ноября я начала отсчитывать дни до апреля. Их было 151 - неподъемная ноша, необъятная темень. А теперь даже не могу вспомнить, когда забросила отсчет. Ко мне все еще пришит плед, но уже наступило время предвкушения, и ни дня не хочется пропустить.

Одна девочка рассказала, как уехала летом в Одессу, где однажды вечером отправилась на морскую прогулку с молодым человеком, которого встретила в хостеле. На верхней палубе она села на бортик, ветер развевал ее волосы, а ухажер фотографировал эту поэтическую картину.
- Ты такой красивый девушка! - говорил он с мягким акцентом. - Ты будешь мой модель, а я - твой фотограф! А сейчас еще и закат будет!
Надо сказать, что эта девочка всю колкую зиму представляла: она на катере посреди моря, над золотыми волнами разворачивается великолепный закат, и сама она великолепна. Этим и спасалась. Кругом угрюмый снежара, ледяные залысины, пуховики на тонких ногах. А у нее под веками июль.
Но теперь, сидя на бортике, она вдруг ощутила, что в животе горячо заворочался медведь и, похоже, стремится наружу. Не имея вояжного опыта, она запаниковала: что, если на катере не найдется туалета? В это время из рупора донесся приятный голос: "Уважаемые пассажиры! Начинается наша морская прогулка длительностью в полтора часа..."
Девочка вскочила и сказала молодому человеку, что ей вздумалось прогуляться на первый этаж и посмотреть, что там есть. Он хотел было сопроводить, но она, желая оставаться принцессой, бросила на стол свои вещи и поручила за ними проследить.
Второпях сбежала на первый этаж, где работник катера ответил: "Вам повезло: туалет здесь есть". Ворвалась в кабинку, рухнула на сиденье. И лишь через некоторое время заметила, что сбоку от нее иллюминатор, а сквозь него тепло сияют золотые волны и разворачивается великолепный закат.
Это одна из самых трогательных историй о долгом предвкушении. Но хороша она и продолжением.
Когда девочка некоторое время спустя вышла на палубу, она столкнулась со своим взволнованным ухажером.
- Где же ты пропадал? - воскликнул он.
- Знаешь, я спустилась, а тут начался такой красивый закат! Я присела полюбоваться, вспомнила свою любимую книжку про Ассоль... И замечталась.
- Ты такой прекрасный девушка! - с чувством сказал ухажер. - И душой, и телом!
Проходящий мимо работник катера заговорщицки подмигнул.

* * *

Этой осенью и зимой к нам часто приезжали папа и мама Макса. Любо-дорого слушать их разговоры.
- Может, в мясо положим целлофан для вкуса?
- Не, мам, потом просто спичек туда настругаем.
Макс с папой смотрят старый черно-белый телеспектакль. Одна из героинь упрекает прагматичного мужа:
- Ты всегда даришь мне только нужное! А я бы так хотела, чтобы ты подарил что-нибудь ненужное...
- Гребешок. Вшей вычесывать, - говорит Максов папа.
- На блошином рынке пусть купит, - уточняет Макс.

Мама Макса среди прочего рассказала, что в поликлинике, где она работает, появился новый эндокринолог по фамилии Школа. Женщине, записавшейся к нему на прием, в регистратуре выдали талон: Школа №6 15-30. Возможно, сразу стоило бы выдать и расшифровку: фамилия, кабинет, время. Потому что пациентка села на маршрутку, проехала через весь город, еще прошагала с полкилометра и в 15-30 заявилась в школу номер шесть с вопросом, где тут принимает эндокринолог.

* * *

Осенью и зимой я несколько раз ездила в Харьков, и мне часто попадались нелепые попутчики. Один, когда я задремала, наклонился через меня к окну и пытался сквозь узорчатое серебряное стекло рассмотреть пробку, в которой мы застряли. Я открыла глаза. Он повернулся. Возникла неловкая пауза: его лицо было совсем близко к моему, и от растерянности он никак не отстранялся. Меня разобрал смех. "Это не хрустальный гроб", - сказала я, кивнув на замерзшее окно. Попутчик оказался еще более растерянным, чем я предполагала, поскольку ответил лишь: "А почему?"

Другой, с быстрыми черными глазами, похожий на полевого зверька, сел в микроавтобус на середине пути и за полтора часа успел побеседовать с каждым и выдудлить двухлитровый бутыль пива. Беседа текла по устоявшемуся канону: черноглазый выдвигал спорный тезис, ему возражали, он отвечал: "Да, верно, верно... Уж я-то понимаю. Выпьем!" Он понимал труд акушеров, солдатскую службу, психологию разведенных, как чинить унитазный круг...
- Я вот как думаю, - бурно говорил он военному, - главное - родину не предать.
- Это факт, - говорил военный.
- Своих еще можно предать, а вот родина у нас одна, брат.
- Своих предал - считай, родину тоже предал.
- Да, верно, верно... Понимаю. Выпьем, брат!
Ввязался в разговор со школьницей Катей, узнал, что та едет к тете. Советовал не злоупотреблять гостеприимством и не докучать пожилой родственнице. Здесь ему пришла пора выходить. ("Во тамада", - сказал ему вслед военный.") Он диагональными стежками протиснулся по салону, вышел на улицу и уже оттуда крикнул:
- Катерина! Посуду-то хоть раз у тетки помой!

* * *

Дядя Саша рылся в старых книгах и тетрадях. Вошел в комнату, торжественно потрясая коричневым блокнотом.
- Женя! Я нашел блокнот, куда в молодости записывал свои умные мысли!
- Да, пап, я его видела. Я в шоке - у тебя такой почерк красивый!
(Всегда можно найти что похвалить, правда же?)

Листая блокнот, дядя Саша с удивлением обнаружил, что в его мысли о дружбе, долге и честности вмешалась бабуля, чей решительный почерк гласил: Деньги не приносят счастья, но действуют чрезвычайно успокаивающе.

* * *

И вот окольными путями я наконец подбираюсь к тому, что хочу зафиксировать. Под новый год бабуля попала в больницу, и все было так серьезно, что в какой-то миг нас накрыло ощущение, будто уже и не на что надеяться. И потом, когда она пришла в себя, съела немного шоколада, требовала косметичку, сокрушалась, если ее видели не при параде, спустилась в подъезд, вышла на улицу, приняла гостей, отправилась на рынок, отметила 85-летие, вновь стала ходить на танцы, - это были какие-то ошеломительные дары.
И когда мне снова довелось сидеть с ней в кухне и слушать ее горячую разноцветную речь, и когда мы потом устроились спать, я пыталась законсервировать все происходящее. Чувство покоя и безопасности. Черное пианино, вздыхающее при малейшем касании. Тусклый блеск елочных игрушек, густые букеты цветов. Мир всегда виделся мне нейтральной территорией, но тогда я так остро ощутила, каким добрым он может быть.

* * *

Еще мы переехали - в соседний двор. Наша новая квартира выходит окнами на пивные ларьки и будку сапожника. С раннего утра за окном кипит жизнь. Скандалы, интриги, подвиги!
Подписав договор и получив ключи, мы вышли в подъезд и впервые заметили, что возле нашей двери написано ЛОХИ. "Надеюсь, надпись не окажется пророческой", - сказал Макс. Пока что вроде обошлось, и мне здесь светло и привольно.
Осторожный Буренчик во все предыдущие переезды находил какой-нибудь тайник и прятался там чуть ли не сутки. А потом выползал смельчаком и осваивал новые территории. Здесь же укромных мест не оказалось, и котику пришлось сразу же быть смелым. Надо сказать, последние несколько лет у меня тоже все складывается именно так.

(no subject)

В эту осень мы упали, как в темную лужу. Лето сразу стало далеким - луна в колодце, и в колодец этот хочется истошно голосить.
Продавщица мрачных браслетов, которая обещала в следующий раз подобрать что-нибудь повеселее, не обманула. Несколько недель спустя я проходила мимо, а она окликнула и заговорщицки поманила. Теперь у меня есть еще и зеленый браслет. Цвет жизнерадостный и дурковатый, как раз чтобы заговорщицки приманивать июнь.
Отсчитывая сдачу, продавщица кивнула на манекен, увитый красно-оранжево-бордовыми бусами.
- Столько красного напихали! Никакого чувства меры! Дизайнеры... У меня в подъезде тоже дизайнер живет. Хорошая девочка, но глупая - только что тряпку не сосет... Куртка рыжая, а челка, - здесь ее голос стыдливо понизился, - синяя.

* * *

На одном и том же углу видела две загадочные сцены.
Сначала дама в мешковатом сверкающем платье кричала кому-то неразличимому в толпе:
- У меня сегодня должно было быть собеседование! А я из-за тебя проспала! Всю ночь спать не давал! Казанова! За-е-бал!
(То ли жаловалась, то ли хвасталась.)

Несколько дней спустя там же сидел краснолицый бомж. Пожилая женщина наклонилась положить деньги в его шапку, но он твердо отстранил ее руку и сказал:
- Мадам, ваш поезд ушел!

И теперь у меня миллион вопросов.

* * *

В магазине одежды мужчина поучал:
- Каждый человек должен иметь белую рубашку с длинным рукавом. Каждый! Взрослый, школьник, худой, жирный, наркоман... Белая рубашка с длинным рукавом! На всякий случай.
- Что белая - это я согласна, - рассеянно отвечала его спутница, ощупывая блузку в горох.

* * *

Когда так неотвратимо убывает дневной свет, кажется, будто ко мне присосался вампир. И, сука, разбухает. Но есть и преимущества: например, идешь с работы, кругом ночь. Да такая глухая, что однажды я споткнулась об кота, а через пару шагов - об женщину, которая его кормила. День окончен, жизнь - труха. А потом вдруг понимаешь: всего-то восемь вечера, город бесконечен, а мир так молод. (Счищаешь с подошвы кота - и вприпрыжку домой.)

* * *

Сегодня впервые за осень попала под дождь и была счастлива. Будто тыща ежей неслась прохладными ногами по лицу. Моя активная жизненная позиция зависит от сезона. Весной все такое хрупкое, что хочется стать смотрителем в этой фарфоровой лавке. Зато мы увековечиваемся летом, страх тает, и всякая радость застывает в солнечном камне. Осенью же очевидно, что зоны комфорта не существует, есть лишь необъятная свобода и печаль. А зимой хочется пельменей.

(no subject)

Макс плохо запоминает лица (поэтому и выбрал жить с носатой женщиной). Смотрели недавно сериал про трех сестер, он все спрашивал: это младшенькая? а эта в музее работает? После очередного промаха сказал в сердцах:
- Как их различишь? Почему нельзя было подобрать трех сестер так, чтобы были девочка, мальчик и негр?
(Вот и Чехов не додумался.)
Очарованная Максовым кастингом, я придумала правило просмотра. Как только в кадре появляются одновременно девочка, мальчик и негр, я мчусь за шампанским.
- Только строго три человека. Например, если мальчик и негр - один и тот же человек, не считается.
- И если негр-девочка - тоже. И негр-гермафродит.
Я просто хотела разнообразить просмотр, но десять минут спустя в кадре нарисовались девочка, мальчик и негр. Пришлось переться.
- На будущее надо ужесточить правила, - напутствовал Макс. - Чтобы и в кадре, и в помещении они только втроем. А то это похоже на алкоголизм.

* * *

Разница в интеллектуальном уровне налицо.
Утром Макс делится:
- Я во сне с какими-то чуваками захватывал земли. У нас какие-то стратегии были, группировки...
- А мне приснилось, что у меня вши.

* * *

Когда кто-то из сотрудников приносит сладкое, обычно ставит его на стол Н. Однажды на этом столе возник неизвестный пакет вафель. Мы несколько раз переспрашивали друг друга, кто принес. Никто не знал, но все жрали.
В конце дня Н., уходя, еще раз спросил, все опять пожали плечами. Я предположила, что вафли отравлены.
- Или прокляты, что еще хуже! - ответил Н.
- Может, это твоя тайная поклонница, раз они на твоем столе? - спросила К. - Или тайный поклонник.
- Не хочу тайных поклонников, - сказал Н.
Я предложила ему в таком случае написать на корпоративный форум: "будьте вы прокляты со своими вафлями".
Все оживились:
- Засуньте в жопу ваши вафли!
- Горите в аду, и вафли с собой заберите!
И тут самая юная и нежная Т., которая весь день просидела в наушниках, сняла их и робко спросила:
- Ой, а вам они так не понравились? Это я принесла. Ну ладно...

* * *

В маршрутке женщина приняла звонок. Как только она произнесла "Алло", некий тролль лет семи-восьми, сидящий через пару сидений, брякнул:
- Ну алё. И что ты мне дельного скажешь?
Дельного!

* * *

В другой маршрутке мужчина возмущался:
- Жалуется, что по телику нечего смотреть, все каналы скучные. Я ему: ты попух? Кабельное, спутниковое... У нас в детстве был один канал, первый. Вот он был скучный.
Так хотелось рассказать ему, что и это не предел. Недавно в автобусе видела телик, на котором все пять часов поездки провисела надпись: "Пить алкоголь в автобусе нельзя". Вот это скучный канал.

* * *

Среди пива и ржача Денис внезапно спросил:
- Кижаев, как с японского переводится "судоку"?
- А я востоковед? - ответил Кижаев.
- Какой изысканный способ сказать "а я ебу?", - восхитился Денис.

* * *

И напоследок. В комментах к старому посту наткнулась на один, который хочется процитировать.

Мы как-то с Максом и его братом Димой обсуждали обсценную лексику. Я сказала, что многие осуждают матерящихся женщин, мол, как так, баба должна быть нежный цветок. Зато эти же осуждающие не видят ничего зазорного в том, чтобы материться в присутствии дамы. Говорю, нелогично как-то: если нежный цветок - так и сам сдерживайся, иначе... "Иначе нежный цветок завянет к ебеням!" - заключил Дима.


Жизнь плетется из таких смешных волокон, что и приуныть как следует не получается.
лестница, собака

(no subject)

В торговом центре заметила вход в развлекательную зону: темнота, цветные машинки ездят туда-сюда, люди смеются и выпивают, загадочная оранжевая подсветка. Так уютно. Подошла рассмотреть, оказалось - выход на улицу. Символично до тошноты.

* * *

Мама уехала в Италию к Кате, а я сторожу ее дом. Непривычно, когда рядом никаких живых существ. Что угодно можно оставить где угодно! И никто не смахнет, не сожрет, не подавится. Как новый опыт, это занимательно, но, ей-богу, лучше дом без крыши, чем без кота.

* * *

Катя повезла маму на море. Пишу вчера: "Как там мамик? Плавает?" - "Плавает! Особенно в итальянском!" - ответила Катя.

* * *

Родной раён за годы озеленился, округлился, стал цветным, игрушечным, прекрасный вариант для молодой семьи, теперь чужая планета. Раньше казалось, будто живу не в том городе, но сейчас понимаю, что тут мне и место. Люблю море и царапаться можжевельником, старые здания и чахоточные акации, искристые горы, тихие дворы с мяукающими голубями, зеркальные башни и города, что садятся тебе на лицо своим грузным прошлым. Но ни один пейзаж не вызывает такого чувства, как пустырь с одинокой девятиэтажкой. Или промзона и трамвайные рельсы. А рядом ларек и смурные граждане в майках. И даже трава стесняется расти. Какие внутренние сквозняки свистят тогда во мне. Какая легкость.

Однажды нас отпустили с уроков пораньше, была ранняя весна. Лед взрывался, небо било по глазам. Одноклассницу Яну из школы забрала бабушка, и мы вдруг пошли на ржавые качели, вкопанные между одинаково синими школой и высоткой. Район построили лет шесть назад, а дома, дороги и качели уже облезли.
Бабушка была не просто старой, а потусторонней, но так смеялась, наблюдая за нами. Ее любовь простиралась на все, что окружало Яну, и мне тоже перепало. Мы возносились на шатких качелях и ржали в облака. Ничего особенного, но тогда я поняла, пусть и не могла сформулировать, за чем буду гнаться всегда. Глупо признавать сквозняки и невесомость самым главным в жизни, но куда деваться, если дело обстоит именно так.
лестница, собака

(no subject)

Кажется, весь положенный мне август однажды мощно сконцентрировали в 2004. Это был не месяц, а трещина между временами. Прозрачность, горький воздух, тишина, неопределенность, осторожные дружбы, взросление - притом, что ничего особенного не происходило.
С тех пор июль с грохотом врезается в сентябрь. Например, в один день я возвращаюсь домой в сумерках, а у подъезда сидят мальчик в гипсе и девочка в кружевах.
- Я задам тебе провокационный вопрос! - говорит девочка. - У тебя был секс с Алисой? А что ты так смотришь? У нее волосы роскошные, и глаза такие, ух!
- Ну... Кое-что было, - отвечает мальчик.
- Да как ты мог? У нее же бедра толстые и кожа ужасная!
(Девочкам сложно угодить.)
Разговор, возможный только в середине июля, когда все вокруг юные и приятно безмозглые.
А наутро внезапно осень. Колыхаясь в трамвае, смотрю на темную листву и думаю: если бы можно было взять и раскрасить все в тархунно-зеленый, чтобы зубы ломило от яркости. Ну хоть бы одно дерево! И вечером замечаю кафе, из которого бьет вот такой тархунно-зеленый свет и окрашивает листву ровно на одном дереве. И становится ясно: это же был трамвай, исполняющий желания, а я, получается, мальчик из анекдота: "а шо, можно было?"

* * *

Я думала, нет ничего хуже, чем везти мяукающего кота в такси. Оказалось, есть: это когда таксист на каждый вопль кота отвечает "мяу".

Другой таксист сказал:
- Эх, расстроили меня! На выходные обещают жару - почти сорок градусов.
- Одно спасение - ехать куда-нибудь к воде, - отвечаю.
- Ну, не скажите... К воде... Вот к реке - это да.
- Так и я не про таз говорю.
Он вдруг поскучнел и остаток дороги молчал, лишь на прощанье сказал:
- Всего вам хорошего. Редко встретишь интеллигентного собеседника.
(И сдается мне, проглотил окончание: "Вот и в этот раз не получилось.")

* * *

Мне везет на деликатных людей.
Макс заходит в ванную, где после моих водных процедур на полу миллион брызг. (Нам, крупным размашистым людям, шторки не помеха.)
Кричу ему:
- Ты только осторожно! Там на полу мокро!
Он вкрадчиво говорит:
- А ты пробовала мыться в ванне, а не в самой ванной? Попробуй как-нибудь! Это удобно, Танюша!

И охранник в супермаркете, который увидел, как я надела на руку пакет и пытаюсь уложить печенье в полиэтиленовую перчатку.
- А я обычно по-другому делаю, - сказал он и таинственно усмехнулся в усы.

* * *

Котик Шнапс не дурак сунуть рожу в нашу еду. (К. говорит, что его хобби - пищеварение.)
У Шнапсика серебряные щеки и черная нижняя губа. Когда он смотрит снизу вверх, обнажая эту губу, я теряю над собой власть. А Макс держится. Строго говорит:
- Вот ты когда завтракал, я же у тебя не просил.

* * *

Говорю Африкану:
- Спасибо, что посоветовал тот сериал - ну, о котором ты говорил, что он похож на "Во все тяжкие". Нам нравится!
- Да! И чуваки прекрасные! Особенно тот, что с бородой.
- Да, бородач харизматичный!
- Дрочер, - уточняет Африкан.
- Только не спойлери! Мы посмотрели всего несколько серий.
- Так он там с самого начала дрочит.
- Правда? Не замечала... Может, мы говорим про разные сериалы? - спрашиваю ради смеха.
- Ну, вы же смотрите сериал про чуваков, у которых бар в Бруклине?
- Да, только у них ресторан в Бронксе.
- Бар в Бруклине.
- Ресторан в Бронксе.
В общем, что хочу сказать... Сериалов развелось, как говна!

* * *

В маршрутке глянула краем глаза на книгу женщины, что сидела рядом. Люблю, когда по одному предложению можно понять, стоит ли читать. И это предложение было именно таким:
"Пахомыч озабоченно потёр ладошки."

* * *

Сегодня такой серый полосатый день, будто тощий кот. Пыльный ветер, стремительные сумерки. Под впечатлением от пейзажа я купила мрачные браслеты, и они гремят на руке, как танцующий скелет. "Приходите еще, подберем вам что-нибудь повеселее", - сказала продавщица. Сразу захотелось примерить эту фразу на работников небесной канцелярии, выпихивающих человека в грешный мир.
лестница, собака

(no subject)

Некоторое время назад я прочитала, как поживает А., и очень за нее обрадовалась. Сколько всего успевает, как пишет, до чего самоиронична. С каждым годом все красивее и круче, чем просто человек. Инопланетный цветок! - подумала я и в восторге легла спать.
Во сне восхищение странным образом преломилось в моей голове. Мне снилось, что я смотрю ролик о том, как воплощаются заветные мечты А., одна за другой.
Сбывается первая мечта: голый Боярский на коленях делает А. предложение руки и сердца.
Сбывается вторая мечта: у А. вырастают огромные сиськи.
Сбывается третья мечта: огромные сиськи вырастают у Боярского.
Я бы об этом не рассказала, если бы Кижаев не сделал такую иллюстрацию:
http://ic.pics.livejournal.com/gl00mer/2788031/284342/284342_original.jpg
Согласитесь, это охуенно. При виде настоящего Боярского теперь мне кажется, что ему чего-то не хватает. (Зато при виде А. не кажется, она-то хороша и без сисек до колена, и без Боярского в паспорте.)

(no subject)

Дома везде свисают котики, как плавленые часы. А выйдешь за дверь - сверху падает горячее одеяло из красок, запахов и суетливых звуков. Асфальт хватает за ноги.
На краю рынка женщина звонко повторяет:
- Подходите, покупайте, разбирайте! Такое редко где увидишь!
На прилавке у нее, меж тем, лежат пучки укропа.
Смуглый мужчина берет один, вертит в руках:
- И что в нем такого?
- Минэт делаэт, - подсказывает его усатый товарищ.
Ржут, как школота, но покупают шесть пучков. Видимо, на всякий случай.

* * *

Лежим с Максом перед сном, сплетничаем. Он рассказывает про знакомую, которой позвонил ее молодой человек и сообщил, что хочет расстаться.
- Вот так, по телефону?
- Ну, Попов не зря свой хлеб ел, - философски отвечает Макс.

* * *

Обширный человек запихивает в рот обширный бутерброд. Попутно объясняет друзьям, почему у него не сложилось с одной дамой.
- Я целую ей пальцы, а она сразу: "Хочу тебя", - говорит и презрительно кривится.

А в кондитерской лавке импозантный мужчина просит килограмм конфет. На что бледненькая востроносая продавщица вдруг отвечает:
- Даже не пытайтесь, я замужем!
Растопыривает пальцы, показав юное золотое колечко.
- Ну... приятно встретить такую самоуверенную особу, - говорит мужчина.
- Ой, мне тоже очень приятно! Но говорю же: я замужем!

* * *

Марина недавно поставила спектакль со своей театральной студией. На показ пришли пяти- и шестиклассники. В одной сцене молодая жена говорит, что ее стало подташнивать. Теща ехидно комментирует: ага, и огурцов банка куда-то делась из холодильника. А молодой муж волнуется: что же это с тобой?
- Ну ты и тупой! - выкрикнул из зала какой-то юный зритель.

* * *

Сегодня смотрели фильм "Сережа". Мальчик поднимается на башню, хотя там слишком высоко для таких маленьких.
- Кто это? - спрашивают его откуда-то сверху.
- Сережа, - говорит он, карабкаясь по лестнице.
- Какой еще Сережа?
- Суицидальный!
Мы несколько раз перемотали назад. Слово вписывалось в контекст, но не в советском же фильме шестидесятого года. Наконец расслышали:
- С улицы Дальней!

* * *

Кижаев сделал на своей даче чудесные качели, на которых можно раскачиваться во всю силу. Я вспомнила, что качели останавливают время: пока летишь от вишневых веток к абрикосовым, ты бессмертен, легок и всемогущ.
А на следующий день я наебнулась с них, пополнив копилку нового опыта. Давно земля так резко не вставала перед лицом! Но чем больше ссадин, укусов и синяков, тем более настоящим получается лето.
Так люблю эти дни горячего застоя. Город сворачивается в рулон, все немного глупеют, и спасение только в ледяном пиве. О да, пойду спасаться. Привет!

лестница, собака

(no subject)

С мамой вчера ели морковь и кефир, но потом засели за фильм, а там кабаре, блестки, шампанское, обаятельные гомики, розы и пирожные. "Хочу икры", - хищно объявила мама, и я нырнула в ночь, откуда вернулась еще и с увесистым мешком конфет.
- Папа бы сейчас посмеялся, - сказала мама, намазывая хлеб маслом.
- Начнем с того, что папа бы сейчас за всем этим и пошел.
Во всякие грустные и радостно-грустные даты мы почти не говорим о нем вслух. Видимо, потому что и так думаем круглый год. Мне не хватает его юмора и медвежьей манеры вести беседу. До сих пор непривычно, что над праздничным столом не реет его нос.
Трудно представить, как бы человечество обходилось без памяти, воображения и снов.

(no subject)

В марте приезжала сестра Катя со своим семейством. Мы впервые увидели ее дитя. Десятимесячная Лаура тиха, как библиотекарь. Смотрит так, будто ты, глупый первокурсник, украл формуляр.
За неделю мы выучили самые нужные итальянские фразы: "оранжевый жирафик", "фиолетовый бегемот", "я - голубой домик"... Мама еще запомнила "gustoso" - вкусный, смачный.
Накануне отъезда Алессандро сказал маме, что приглашает всех в ресторанчик. Английский у них примерно одинаковый, и мама решила, будто Алессандро хочет сводить на ужин Катю и просит посидеть с Лаурой.
- Конечно! - всплеснула руками мама. - Давно пора!
Только пару часов спустя до нее дошло, с каким неприличным энтузиазмом она приняла приглашение.
В ресторанчике им сначала принесли суп.
- А где хлеб? - спросила бабуля, у которой батон - член семьи.
- Видимо, надо отдельно попросить, - сказала мама.
Тут Алессандро спросил, как им суп.
- Густозо! - одобрила мама.
- Конечно, густое, - назидательно сказала бабуля. - Хлеба же нет! Еще не хватало, чтобы жидкое принесли!
Под конец родственного визита говорю маме:
- Лаура - чудесное дитя. Но все же котики лучше.
- Да! - с энтузиазмом ответила мама. - И умываются сами!

* * *

Мама вспомнила, как впервые вышла в свет с маленькой Катей. Это был обыкновенный детский спектакль, но после нескольких лет затворничества атмосфера театра ошеломила маму. По сцене перекатывался мужчина в образе сказочной старухи. Дети смеялись, а мама сидела с каменным лицом, по которому неуемно текли слезы. Слишком много жизни внезапно обрушилось на нее.
- Да, - говорю, - у актера это явно был звездный час.
- Небось зашел в гримерку, - говорит мама, - смотрит на себя в зеркало и думает: "Лицедеище!"

На днях я испытала нечто сродни. Всего-то ехала с работы, но впервые за долгое время небо было золотым, бесконечным, и река засасывала солнце и красные облака. Мою голову простреливали сквозняки. А потом над деревьями проступила жирная двойная радуга, и тут мне тоже пришлось срочно построить каменное лицо. Апрель, свет, воскрешение. Я самый богатый человек в мире, прыгаю в бесконечные золотые дни, как в монетные залежи.
Если сейчас рыдаю от радуг, что дальше-то буду делать. Биться в припадках при виде талого ручья? Резать вены, понюхав мать-и-мачеху?

* * *

Съездила в Харьков, откуда всегда возвращаюсь больше, чем была. В том числе, телесно. У бабули непобедимая пищевая логика:
- Давай, ешь варенье, а то я еще купила шоколадные конфеты "Ясочка".

Решили с бабулей и сестрой Женей встретиться в парке и погулять. В назначенное время я зашла на пенсионерскую танцплощадку, где бабуля представила мне своих пляшущих друзей.
- Вот это Саша, единственный наш кавалер. Мы зовем его Казанова.
- А он нас называет "гарем", - вмешалась веселая брюнетка.
Казанова, подвижный чернобровый пенсионер, с достоинством сообщил:
- Сегодня мало кто из наших пришел. А так бывает и до пятнадцати женщин...

Бабуля продолжила танцевать, а я села на скамейку. Рядом застыл монументальный дедуган с рубиновой тростью.
- Что не танцуете? - осведомился он.
- Бабушку жду, - сказала я.
- Ну-у, - вздохнул дедуган.
Позвонила Жене, кричу ей сквозь людской шум:
- Я на месте! Бабуля танцует, а я на лавке греюсь!
- Хе! - мрачно сказал дедуган.

Придя на танцплощадку, Женя бросилась фотографировать бабулину компанию. "Подождите", - сказал Казанова, достал гребешок и стремительно причесал брови.

А потом мы собрались прокатиться на аттракционах. Я выбрала карусель, где вращаешься примерно на уровне седьмого этажа.
Женя вовсю демонизировала этот невинный аттракцион. Рассказывала, какого страху натерпелся там ее друг, физик-теоретик. Весь полет вспоминал формулы, которые могли бы спасти ему жизнь, случись что.
-Ты точно туда хочешь? - миллион раз спросила Женя. - Ты не передумала?
Подошли к кассе. В очереди Женя вдруг окинула меня взглядом и воскликнула:
- Зайчик! Ты же вся седая! (пауза) А ведь еще даже не дошла до аттракциона! Ты точно туда хочешь?

* * *

Весна! Женщины оживают! Одна в кудрях и очках приклеилась к невзрачному деревцу. Объясняла беловолосой девушке:
- Чувствую, не созрело оно еще делиться своей женской энергией. А вот дуб - уже давно. Настя, дуб шикарный! Иди пообнимайся!
- Пойдем есть мороженку, - повторяла девушка, равнодушная к сватовству.

Другая грузно шла по улице и кричала в телефон:
- Скажи ей, шоб оделась потеплее! Я в шляпке и болеро, а челюсть, блядь, так и трусыться!

В кафе дама средних лет показывает подруге фото на телефоне:
- У меня новое платье. Как тебе?
- О, еще не бохо, но уже не классика, - говорит подруга. - Что-то такое... французское.
- Да, да! Эдит Пиаф! Тридцатые! - воодушевляется дама и показывает фото мужчине. - Петя, как тебе?
- Ну как. Я водяной, я водяной... - отвечает Петя.

Недавно при мне девочки обсуждали, как перед сном думают, что надеть. Мысленно заготавливают несколько комплектов, а наутро раз - и другое настроение. И очень тяжело, когда под это настроение не находится наряда. Я слушала их, как марсиан. (У меня два критерия: лишь бы одежда была чистой и чтобы за ночь коты не успели ее обшерстить. Вторым, впрочем, могу и поступиться.)
Слушала и размышляла: что, если я многое упускаю? Надо, думаю, попробовать делать то, чего избегаешь. Новые ощущения, новый опыт. Что я там не люблю? Беспокоиться об одежде, встречать рассвет, двигаться. Готовить, фуу. Да, надо что-то попробовать, но с чего начать? Вспомнила, что не люблю оставлять ситуацию в подвешенном состоянии. Во, думаю, с этого и начну. Отложу-ка этот вопрос. Ну, каково? Новые ощущения, новый опыт. Весна.